Как карабалыкчане привыкают к Европе?

481

Хотя 90-е уже давно позади, волна миграции в далекую Германию продолжается. Это уже не столь массовый выезд этнических немцев из стран СНГ. Но ФРГ продолжает принимать своих соотечественников и их потомков, организуя на первых порах поддержку и адаптацию в современном немецком обществе.

Сейчас такие истории более редки. И сама Германия, похоже, уже не способна так, как раньше, удивить своей жизнью нашего брата. Железного занавеса давно нет. Сегодня о жизни в одной из богатейших европейских стран очень легко узнать: от бывших соотечественников, из новостных лент и сюжетов, из видеороликов, которыми сегодня изобилует виртуальное пространство.
И, все же, это совершенно другой мир, уверены герои нашего материала, молодые люди, уехавшие из Карабалыка всего несколько лет назад. Как они примеряли этот мир на себе? Как быстро казахстанец способен принять европейский менталитет и зажить по новым правилам? В новой Германии: в окружении соотечественников и мигрантов из Ближнего Востока? И правда ли, что многие из переселенцев живут мечтой вновь вернуться жить в страны постсоветского пространства?

Мишаня
Простой пацан из соседнего двора. Общительный, рукастый, сообразительный, верный друг и надежный товарищ. Именно таким знают друзья Мишу Вакуленко, бывшего жителя села Бурли, в последнее время – карабалыкчанина. Здесь, в райцентре, сельский парень окончил колледж, призвался в армию. И, к сожалению, именно здесь не нашел себе применения. Поначалу мотался на заработки в соседнюю Россию. В то самое время родная сестра Рита приняла решение уехать в Германию. И он вслед за ней.
Сестра Мишы – та самая Рита Вакуленко, талантливая бегунья, воспитанница Михаила Чувалова, чемпионка, не сходившая в те времена, благодаря триумфальным достижениям, со страниц нашей газеты. Сестра она нашему Михаилу не просто родная, а двойняшка. Наверное поэтому на кардинальные изменения в жизни они решились одновременно. Из всей большой семьи в Германии сейчас только они. В семье Вакуленко этническая немка — мама. Они с супругом продолжают жить в Бурли и о переезде на запад без остальных детей даже не помышляют.
Героем нашего материала стал Михаил, который недавно гостил в Казахстане и делился с друзьями и приятелями рассказами о своей новой жизни.

Поздний переселенец
Так называется программа переселения этнических немцев в Германию. Ей уже почти четверть века. Условия не сильно изменились, если сравнивать с 90-ми. Нужно лишь доказать свое немецкое происхождение, показать знание языка и отсутствие судимости. Германии нужны законопослушные граждане и мало-мальски владеющие немецким языком, те, кому легче будет влиться в немецкое общество, читай, скорее приносить пользу экономике страны.
Пройдя все это, Михаил садился в самолет со смешанным чувством. Ехал, вроде как, новую жизнь начинать и не в неизвестность — Рита сдала языковой экзамен и уехала раньше. Но сомнения насчет своей нужности этой стране не покидали еще долго.

Рядом
Распределение переселенцев происходило в поселке Фридланд. Каждый, кто едет на ПМЖ в Германию, до последнего не знает, на какой федеральной земле будет жить. Михаил, конечно же, мечтал о Баварии, где уже обосновалась сестра. Германия, хоть и не такая большая, как Казахстан или Россия, а все же на чужбине родным людям хочется быть рядом. И власти ФРГ это желание как будто бы услышали. Хотя среди переселенцев бытует мнение, что немецкие власти неизвестно почему чаще стараются разделить родственников по местам проживания.
Местом проживания Михаила и Риты Вакуленко стал небольшой город Байройт с населением 72 тысячи человек. Он в 250 километрах от центра земли – города Мюнхен. Но ближе к нему другой крупный город – Нюрнберг. Родина знаменитых на весь мир процессов над военными преступниками Второй Мировой войны.

Михаэль и хайм
Это та часть материала, где имя героя меняется. В его паспорте теперь написано Михаэль – так в немецкой транскрипции звучит наш Миша. И так наш бурлинец стал тезкой знаменитого на весь мир Михаэля, гонщика «Формулы-1». Поначалу он думал и о смене фамилии на немецкую, боялся дискриминации. Но передумал, когда узнал, что эта процедура обойдется в копеечку. Куда переселенцу такие затраты… Впрочем, и притеснений по этому поводу впоследствии вовсе не оказалось.
Первые впечатления о Германии, конечно же, восторженные. Кругом чистота, словно немецкие улицы по-прежнему намывают шампунем, а людская культура настолько высока, что никто, вроде как, и не сорит. Конечно, охать и ахать на каждом углу, как еще двадцать лет назад мог здесь наш человек, сегодня уже никто не станет. Все-таки и у нас жизнь нынче другая – больше видим.
Крыша над головой – вот первое и главное, что гарантируют власти ФРГ переселенцам. На улице точно не останешься. Михаил был устроен в хайм. Это специальное общежитие для переселенцев, где они живут во время адаптации. Собственно, и после ее прохождения отсюда никто не погонит, правда потом за проживание здесь придется платить уже самому, а за 300 евро можно найти съемное жилье и жить одному. Даже если сравнивать с нашими общежитиями, здешние — повышенной степени комфортности, как бы ни было, остаются общежитиями, где частично совместный быт тоже отягощается непониманием, проблемами и скандалами. Тем более, почти все здесь наши – русскоговорящие.

Адаптация
Как бы хорошо ты ни сдал язык в Казахстане, власти хорошо понимают, что этого уровня недостаточно для работы в ФРГ. Поэтому часть адаптации – это вновь посещение в течение нескольких месяцев языковых курсов. Ну, и конечно, пособие, на которое переселенец живет, пока не устроится на работу. То самое, на которое по ошибочному убеждению многих наших, немцы могут жить вечно. Ерунда. Никакая нормальная страна, особенно с таким капиталистическим укладом, не будет заинтересована в иждивенчестве, а значит, так или иначе, подталкивает человека к трудоустройству. При этом получать пособие и одновременно работать не получится — из джоб-центра очень пристально следят за жизнью мигранта, обмануть государство точно не получится. Михаэль говорит, в каждой федеральной земле размер пособия разный. В Баварии – 409 евро. Нашими – около 160 тысяч тенге. Такие деньги и у нас-то уже не считаются баснословной суммой. В Германии же на них можно прожить месяц достаточно скромно. По факту тратиться приходится только на питание. Изучение языка бесплатное. При этом государство заботится еще и о морально-психологической стороне адаптации – по социал-паспорту ты можешь бесплатно посещать бассейн, изучать в музее культуру и историю новой родины и даже оценить немецкое театральное искусство, что со слабым немецким переселенца, в общем-то, не всегда вариант.

«Самокрутка» и экономия
Немного о ценах. Поначалу может показаться, что больших различий с нашими нет. К примеру, литр молока – около 80 центов (порядка 300 тенге). Примерно столько же сколько и у нас, стоит мясо кур. Зато свинина гораздо дороже – до 3 тысяч тенге и выше за один килограмм. Магазины в Германии разные. В такой организации, как тафель, можно бесплатно получить продукты, у которых на днях истекает срок годности. Самодостаточным немцам это, может, и не требуется, зато нашим переселенцам позволяет прилично сэкономить.
Единственное, что в Германии точно дешевле, чем в Казахстане – так это пиво! Бутылочку его можно купить всего за 100 тенге. К пиву здесь, на его родине, отношение, разумеется, особое. Пьют много, пьют многие. Молодежь может и не знать меру, зато более взрослые, хоть и любят, но держат себя в рамках. Потому что большинство за рулем, при управлении автомобилем допускается пропустить пару бутылочек, нарушишь – прав лишишься. Восстановить – очень большая проблема.
И еще о вредном. Курильщику в Германии тоже несладко. Пачка – 6-7 евро. Но и здесь можно найти лазейки для экономии. Если отдельно покупать табак, фильтры, бумагу и прочие приспособления для создания «самокруток», можно прилично сэкономить – больше чем в два раза.

Делу — время
— В какой-то момент эйфория заканчивается. Приходит понимание, что ты, по сути, в чужой стране. Почти один. И надо двигаться дальше. Не отдыхать же приехал, а жизнь строить, — вспоминает наш герой.
Каким бы гибким и общительным он не был, самым сложным в Германии оказалось влиться в общество, стать таким же, как все немцы. Михаэль уверен, что с этой задачей на 100 % он не справился до сих пор. Это и языковой барьер, и риск оказаться непонятым, из-за чего он до сих пор даже не шутит с коллегами, и их юмор не всегда в состоянии оценить. Кстати, о работе.
Михаэль – не из тех, кто предпочтет долго сидеть на пособии. Трудиться любит, от работы никогда не отлынивал. Поэтому с поиском работы и в Германии затягивать не стал. Устроиться напрямую переселенцу сложно – нужны стаж и рекомендации. Лучше сразу обращаться в агентство. Система образования в этой стране надежная и проверенная, поэтому диплом специалиста для немцев – дело святое. Проверка и подтверждение практически формальные. Уточнят лишь опыт работы и ее специфику. У Михаэля диплом Казахстанского агротехнического колледжа, квалификация электромонтера. Дело свое парень знает, так что как за специалиста преподаватели из Карабалыка могут не краснеть. В Германии рабочие кадры тоже всегда в цене.
Фирма, в которой работает наш земляк, занимается сбором и монтажом пультов управления. Специалисты работают с новым оборудованием, организуют поставки продукции во многие страны мира. Коллектив большой, большинство – коренные немцы. Отношения между всеми хорошие, но несмотря на это, никто с тобой не поделится номером мобильного только на основании совместной работы в одной фирме, как это принято у нас. Для этого, говорит Михаэль, немцам нужны более дружественные и доверительные отношения. Уважительно к работникам и руководство. Немцы относятся к работе со свойственными им дотошностью и педантичностью, но как только заканчивается время рабочего дня или наступает перерыв, никто из руководителей не вправе говорить с подчиненным о работе. Как говорится, делу время.

Напрямую
— Что думают рядовые немцы об арабизации страны?
— Не знаю, что думают. Вроде, не все в восторге. Кажется, рядовой народ вне политики.
— А сам что думаешь? Что видишь?
— Не видеть, что мигрантов здесь много, просто невозможно. Но я к этому спокойно отношусь. И сам не видел, чтобы кто-то из них был замечен в чем-то предосудительном. На курсах по изучению языка у меня было двое приятелей сирийцев. Они приехали сюда так же, как и я. Наверняка испытывают те же проблемы.
— Как находишь друзей? Или без них здесь обходишься?
— Дружу с русскоязычными, товарищами по хайму. Хоть мы и разъехались кто куда, все равно стараемся держаться кучкой. На выходные могу поехать к товарищам в Нюрнберг. С немцами такими дружественными связями пока не могу похвастаться. Из-за речи. Комплексую, наверное. Пока проще общаться на родном русском. Но других барьеров нет. И процесс уже налаживается – это заметно по общению с коллегами. Многие из них уже просили дать номер сотового.
— Ты очень много рассказал о Германии и ее жителях. А что из их жизненного уклада тебе показалось самым необычным?
— Наверное, отношение к созданию семьи, к детям. Дети могут жить с родителями лет до 40 и не стремятся заводить семью. А те, кто уже живет в браке, не ставят цель рожать детей. Однажды в такси разговорился со знакомой — Андреа. Ей около 50 лет. Замужем, но детей нет. Спросил – почему? Они с супругом убеждены, что дети — это очень дорогое удовольствие, которое не по карману простой немецкой семье. Позже заметил, что так здесь считают очень многие.
— Здесь, в Казахстане, в разговорах о судьбах бывших земляков в Германии, мы не раз слышали, что многие из них мечтают, а некоторые серьезно намереваются вернуться назад. В первую очередь, конечно, из-за ситуации с мигрантами…
— Я ничего подобного не слышал. Возможно, это были какие-то единичные случаи или чьи-то личные настроения. Может, ситуация утрирована? Германия – экономически развитое европейское государство с высоким уровнем жизни граждан. Неудивительно, что сюда стремятся, и мало кто хочет ее покидать.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Введите свой комментарий
Введите свое имя